Юлия Свириденко: Фонд восстановления с США – это о коммерции, а не о политике

Главное:

• Какими будут взносы в инвестиционный Фонд и будут ли Украина и США конкретные обязательства
• Действительно ли распределение доходов Фонда будет через 10 лет и куда он должен инвестировать средства
• За счет чего Украина будет наполнять Фонд и что будет с так называемыми спящими лицензиями на добычу полезных ископаемых
• Обновленные лицензии на добычу не подпадают под действие Фонда
• После войны Фонд продолжат наполнять за счет военной помощи
• Фонд не сможет купить газ по цене для населения – тарифы поднимать не планируют

Украина и США 30 апреля подписали соглашение об экономическом сотрудничестве ("соглашение о недрах"), которое предполагает создание инвестиционного Фонда. Для его запуска в действие нужно будет подписать еще два документа, проекты которых еще готовятся. Но некоторые детали уже известны. Уже сегодня, как ожидается, текст соглашения должна ратифицировать Верховная Рада.

Об основных моментах соглашения с США, которые еще не были озвучены публично, в интервью РБК-Украина рассказала первый вице-премьер – министр экономики Юлия Свириденко (Ю.С.). Вместе с ней на вопросы корреспондента издания Юрия Дощатова отвечали члены переговорной группы, которые готовили документ: первый заместитель Свириденко Алексей Соболев (А.С.), торговый представитель Украины Тарас Качка (Т.К.) и первый заместитель министра финансов Денис Улютин (Д.У.).

– Команда правительства, которая готовила так называемое соглашение об ископаемых с США, уже провела встречи с фракциями, комитетами. Вам удалось удовлетворить их интерес к документу? Есть ли уверенность, что соглашение будет ратифицировано?

- Ю.С. Все понимают, что это соглашение – часть ряда договоренностей с нашим партнером, которое имеет стратегическое значение для нас. Поэтому все понимают, насколько важно его ратифицировать. Мы вчера работали с фракциями, сегодня и завтра будем встречаться. Мне кажется, что на все вопросы удалось найти ответы.

Если брать наиболее распространенные вопросы, это понятно: какие будут взносы США, куда будут инвестироваться средства, проекты будут в Украине или за рубежом. Были вопросы, каким образом будет управляться Фонд, распределяться доходы. Мне кажется, что на все эти вопросы ответы были даны. Завтра (интервью записано в среду 7 мая - ред.) у нас еще встреча с фракцией "Слуга народа" - перед ратификацией непосредственно.

– Некоторые моменты, о которых было заявлено, в том числе и вами, отсутствуют в подписанном соглашении с США. В частности о наполнении фонда поддержки в равных долях 50/50, о распределении прибыли через 10 лет. Означает ли это, что эти условия уже согласованы для следующих документов - Соглашения об ограниченном партнерстве и о работе "Генерального партнера" в формате ООО? Насколько готовы проекты этих документов?

- Ю.С. В Вашингтоне я подписала одно соглашение - о создании Фонда, на подписание которого меня и уполномочили. Именно оно будет ратифицировано. Остальные соглашения будут иметь коммерческий характер и будут подписываться уже не правительством. Со стороны Украины подписант - Агентство по вопросам поддержки государственно-частного партнерства (ГЧП). От США - Международная финансовая корпорация развития (DFC). Сейчас документы финализируются, но есть ряд вещей, по которым есть принципиальные договоренности - именно те, о которых мы публично заявляли.

Это - владение, управление - все 50/50. Распределение доходов только через 10 лет. До этого - только инвестиции и только в Украину.

- Даже если вклад Украины будет больше, чем американский, делится 50/50?

- Т.К. На момент подписания у нас доли в Фонде одинаковые - 50/50. Далее есть возможность вносить еще дополнительные взносы. Они могут быть безразмерные, как со стороны США, так и со стороны Украины. Размер взноса не влияет на то, что управление равноправное. Он важен на этапе выплаты доходов.

- На начало работы фонда делаются какие-то первичные взносы, так?

- А.С. Каждый получает 50% акций этого Фонда. Что касается распределения доходов: представим, что за 10 лет фонд генерирует прибыль в 2 млрд долларов. Предположим, что за это время США предоставили дополнительно 1 млрд долларов помощи, которая была вложена в фонд. В таком случае, прежде всего, из прибыли возвращается эта дополнительная сумма, которая была внесена - то есть 1 млрд возвращается США. А уже остаток прибыли - в этом примере еще 1 млрд - распределяется поровну, 50/50.

Первый вице-премьер Украины Юлия Свириденко і первый заместитель министра экономики Алексей Соболев. (фото- Виталий Носач: РБК-Украина)

- Можно ли уточнить источники и механизм наполнения фонда средствами от США. Пока я вижу только поступления от военной помощи. Монетизировать их, то есть, завести деньги, как я понимаю, Украина должна сама? Или как? Например, помощь предоставлена военной техникой.

- А.С. Когда речь идет о технике или военном оборудовании, - это будет оцениваться по рыночной цене в денежном эквиваленте. Мы вместе с американцами утверждаем эту стоимость, и на эту сумму фонд выпускает акции класса А в пользу США. Это означает, что через 10 лет, когда будет распределение прибыли, они смогут эту сумму помощи покрыть именно из прибыли.

- Ю.С. С американцами договорено, что распределение прибыли будет происходить через 10 лет. Первые 10 лет только инвестирование в проекты в Украине. Это то, о чем уже принципиально договорено и будет отражено в следующих документах.

- Т.К. Изначально предложенный проект был очень сложный и не совсем понятный по многим моментам. Но за 45 дней переговоров мы упорядочили все вещи. Но для аудитории оно все равно выглядит как сложная материя. На самом деле создается обычный фонд как в корпоративном мире. Но в корпоративном мире фонд создается так - сбрасываются два партнера, нанимают генерального партнера, который этими деньгами управляет и получает прибыль. Мы взяли за основу такой формат. А в нашем случае - два государства, у каждого из которых свои государственные интересы.

Торговый представитель Украины Тарас Качка.(фото- Виталий Носач: РБК-Украина)

Украинский интерес заключается в том, чтобы получить американские инвестиции, продолжить сотрудничество, строить партнерство и поощрять продолжать увеличивать военную помощь. Интерес США - обезопасить свои экономические интересы в Украине. И мы пытаемся эти интересы оформить в формате такого Фонда. Мы договорились, что есть Фонд 50/50, который будет работать на постоянной основе. Наши взносы будут в будущем - это будущая рента. Их - стартовый взнос, будущая военная помощь и все дополнительные инвестиции.

- Что будет делать Фонд эти 10 лет?

- Ю.С. Будет инвестировать в Украине в проекты, связанные с критическими материалами, нефтью, газом. Плюс - инфраструктура.

- Что имеется в виду под инфраструктурой?

- А.С. Это могут быть порты, терминалы. Если это газ, то может быть инфраструктура для экспорта.

- Переработка может быть?

- Ю.С. Может быть переработка.

- Если есть уже перечень видов полезных ископаемых, то, видимо, есть понимание, что будет перерабатываться?

- Ю.С. У нас есть перечень проектов в сфере критических материалов, которые могут дать первую прибыль в близкой перспективе. США заинтересованы инвестировать в критические материалы, и нефтегазовую сферу, в добычу в целом, в инфраструктурные проекты. Конечно, есть и переработка. Куда именно вкладывать средства уже будет решать Фонд. Украинская сторона там будет представлена тремя представителями, американская также тремя.

- Эти два договора будут подписываться двумя компаниями - ГЧП и DFC? Без утверждения правительства?

- Ю.С. Да, они сами будут подписывать. Но договоры подготовила правительственная команда при их участии. Утверждения правительством не будет, ведь это коммерческие документы между двумя коммерческими структурами

Первый вице-премьер, министр экономики Юлия Свириденко, торговый представитель Украины Тарас Качка, первый заместитель министра финансов Денис Улютин.(фото- Виталий Носач: РБК-Украина)

- А кто будет контролировать выполнение соглашений?

- Ю.С. ГЧП находится в подчинении Минэкономики. Аудит Фонда будет проводить Госаудитслужба. Это если мы говорим об украинской стороне.

- Как будут отбирать команду управления Фондом? Там должно быть по 3 представителя от Украины и от США.

- Ю.С. По этому вопросу финализируем переговоры.

- Учитывая то, что фонд пока не имеет средств, как и за счет чего будет финансироваться его работа на начальном этапе?

- Ю.С. Американская сторона уже согласилась предоставить "стартовый капитал" (сумму пока не уточняют - ред.).

- Т.К. Работа этих менеджеров от каждой страны будет неоплачиваемая. Это значит, что это будут люди, которые работают в правительстве на каких-то должностях. От США это будут представители DFC и Минфина - они из этих представителей будут выбирать. У нас будет аналогичная логика. На старте нам будет нужен, например, инвестиционный советник - на это скорее деньги базовые пойдут. Офиса никакого не будет.

- В Фонде будут комитеты - инвестиционный, административный, по поиску проектов - по 4-5 человек в каждом.

- Т.К. В комитетах будут работать те же 6 менеджеров. Формат такой же как в наблюдательных советах. Один человек будет входить в несколько комитетов.

- Где будут основные счета фонда, в США или в Украине? Где он будет зарегистрирован? Я предполагаю, что в США.

- Ю.С. Нет. Он будет в Украине. Мы перечисляем 50% от лицензий, ренты на специальный счет. Далее инвестирование тоже в Украине. Поэтому и счета для этих проектов в Украине.

- Куда американцы будут перечислять средства?

- Т.К. Решение о том, в каком банке, и где будет открыт счет для американских инвестиций будет принимать менеджмент Фонда. Будет счет и у нас, и в США. Нет целесообразности вывода гривны за территорию Украины для того, чтобы потом ее инвестировать в Украину. Кому нужна лишняя конвертация?

- А зачем в соглашении пункт о конвертации?

- Д.У. Бизнес создается с целью получения прибыли. Прибыль должна быть разделена. Украина не будет себе оставлять доллары, а американцы не будут брать себе гривны. Логично, что мы должны прописать, каким образом будем конвертировать гривну.

Первый заместитель министра финансов Денис Улютин (фото Виталий Носач: РБК-Украина)

Для того, чтобы мы не подвергали Украину риску, курсовому, валютному, balance of payment или любому другому риску, мы прописали три условия, или три состояния, и как мы действуем в каждом из них.

Первый - это когда у нас военное положение. В этом случае конвертация ограничена в соответствии с регуляцией НБУ с возможностью определенного лимита.

Второй - после завершения военного положения, когда нет никаких ограничений. И в случае, если мы создаем какие-то ограничения исключительно для этого фонда, мы должны компенсировать потери.

И третий - в случае ухудшения экономической ситуации и риска платежного баланса Национальный банк проводит переговоры о введении ограничений.

- Это соглашение действительно не коснется украинских АЭС и ОГТСУ? Если да, то я удивлен.

- Ю.С. Никогда мы это не обсуждали. Почему возникло удивление?

- О заинтересованности в АЭС американцы довольно часто говорили в последнее время. По ОГТСУ - компания является инфраструктурой для экспорта газа. Соглашение предусматривает возможность экспорта ресурса, который будет добываться.

- Ю.С. У нас эта тема не поднималась ни разу, ни по АЭС, ни по ОГТСУ. О Нафтогазе и Укргаздобыче мы тоже не говорили.

Вообще никакие названия компаний и проекты на данном этапе переговоров не обсуждались. Обсуждалась исключительно механика функционирования фонда. Далее, конечно, у Фонда будет инвестиционная стратегия, инвестиционная политика, будут предлагаться инвестиционные проекты. Ни Нафтогаз, ни УГВ - ничего этого не обсуждалось и не предлагалось.

Первый вице-премьер Украины Юлия Свириденко.(фото- Виталий Носач: РБК-Украина)

Но если УГВ будет расширять добычу за счет новых мощностей, то 50% рентных платежей, которые они будут платить в бюджет, пойдут в Фонд на специальный счет. Соглашение не определяет никаких государственных предприятий - оно базируется исключительно на бюджетных отношениях. Тип компании не важен, частная или государственная, уровень ренты для них одинаков.

- Компании США будут иметь приоритетное право вхождения в бизнес?

- Ю.С. Если какая-то украинская компания хочет заниматься добычей, например, лития, но у нее нет собственных финансов, и она ищет внешнего инвестора, то должна обратиться в этот Фонд. То есть, проинформировать его о проекте и об условиях, на которых ищет инвестора. Фонд должен отреагировать - заинтересован ли он, может ли найти компанию, американскую или другую, которая может быть заинтересована в этом проекте. Или фонд может сказать, что он не заинтересован в этом проекте.

Параллельно компания имеет возможность вести переговоры с другими инвесторами, но в течение шести месяцев она не должна предлагать им предложения лучше, чем те, что были для Фонда.

- Это означает, что Фонд имеет приоритетное право.

- А.С. Нет, потому что нет требования, что только с Фондом можно вести переговоры. Фонду нужно предоставить информацию первому. Предложение можно предоставить сразу Фонду и потом, например, через 2 минуты, ЕБРР. Фактически ты выполнил условие, если первым сообщил Фонду. Далее можно вести переговоры параллельно со всеми. Просто ты не можешь предлагать Фонду условия хуже, чем другим.

- Это касается и государственных и частных компаний?

- А.С. Не важно, частная или государственная компания выиграла лицензию. Это будет вписано в условиях лицензии. Если у вас есть свои средства, и вы не ищете финансирование, вообще нет обязательств. Но если вы ищете внешнее финансирование, пожалуйста, сообщите об этом Фонду.

- Если срок лицензии заканчивается и надо получать новую лицензию, это будет считаться пролонгацией или новой лицензией? Я слышал, что у бизнеса есть такой вопрос.

- А.С. Пролонгация лицензии не будет считаться новой. Если кто-то решил продолжать разведку или проводить добычу и надо для этого обновить лицензию, тогда она не будет считаться "новой".

- То есть, компания может работать так, как и раньше?

- Ю.С. Именно так и есть. Все переживают, что могут быть какие-то ограничения. Но никаких ограничений нет.

- Что будет со спящими лицензиями?

- Ю.С. 50% ренты от спящих попадают в Фонд. Но там будет очень четко выписано, какие именно.

- А.С. Речь о тех, которые за 10 лет добыли менее 1% от балансовых резервов или за последние пять лет нарушили программы развития.

- А не будет ли работа этого фонда каким-то образом тормозить добычу для частных компаний?

- А.С. На них это вообще никак не влияет. Они ренту, как в бюджет платили, так и будут платить. И мы просто половину этой ренты с новых лицензий будем отправлять в Фонд. В том и была идея, чтобы не влиять на текущую работу рынка.

- А если они не захотят получать новые лицензии из-за дополнительных сложностей? Согласуют ли они условия с Фондом или нет, и что потом делать, если не согласуют?

- Ю.С. Если есть собственные деньги на новые проекты - занимайтесь добычей, переработкой, как и занимались. То есть, если у вас есть собственный капитал, вы можете не сообщать Фонд.

- Т.К. Вся индустрия добычи полезных ископаемых - сама работа, разведка, бурение, добыча - это лишь предмет интереса фонда с точки зрения инвестирования в эти компании. Все, что Фонд будет хотеть - это инвестировать в эти компании. С точки зрения ренты - их интересует только половина ренты, которую получает бюджет.

Первый вице-премьер, министр экономики Юлия Свириденко, торговый представитель Украины Тарас Качка, первый заместитель министра финансов Денис Улютин.(фото- Виталий Носач: РБК-Украина)

- Какие могут быть взносы США в Фонд кроме военной помощи?

- Ю.С. Они просто могут делать взносы деньгами. Если им будет интересен проект, они смогут внести деньги.

- О.С. DFC - это банк развития США. Они по своим бюджетным процедурам могут принять решение и внести дополнительные средства.

- Если война закончится и военная помощь значительно сократится или прекратится, какими будут источники наполнения фонда от США? Только денежные взносы, о которых вы говорите?

- А.С. Нам нужно вооружение. Поэтому они могут предоставить его как вклад в фонд. То есть, стоимость этой помощи мы закроем будущими доходами Фонда.

- Я слышал опасения о том, что могут быть риски ради наполнения Фонда лишать лицензий тех, у кого они есть, используя различные механизмы, в том числе СНБО.

- Ю.С. Такого не будет. Это никак не связано с Фондом.

- А никто из нашего бизнеса не делал попыток как-то вмешаться в процесс переговоров или как-то повлиять на него?

- Ю.С. Наоборот, бизнесу интересна эта сделка.

- А.С. Американский бизнес начал к нам обращаться, потому что их интерес вырос. Учитывая, что сырье, в частности природный газ, который будет добываться по новым лицензиям с привлечением американских инвестиций, будет продаваться по рыночной цене, - это не усилит риски отмены ПСО и повышения тарифов.

Первый заместитель министра экономики Алексей Соболев.(фото- Виталий Носач: РБК-Украина)

- Т.К. Это вне логики Фонда. Фонд либо получает взнос от ренты, от добычи, либо от инвестиций. Цены уже рыночные для коммерческих покупателей. То есть, Фонд не может купить газ по цене для населения.

- Не может ли быть какое-то политическое влияние на работу Фонда с какой-то стороны?

- Ю.С. Это коммерческое соглашение между DFС и ГЧП. Никаких политических моментов, каких-то условий не может возникнуть.

- Т.К. У Фонда логика одна - это инвестиционная политика.

- Депутаты, и не только они, хотели увидеть проекты этих двух соглашений, которые планируется подписать. Почему их нельзя увидеть?

- А.С. Финального варианта проектов еще нет. Переговоры идут. Они были вчера ночью, и будут сегодня.