Мошенники, бюрократия и выгорание: главные вызовы для волонтеров в Украине во время войны
Украинские волонтеры стали движущей силой в начале полномасштабного вторжения. Почти каждый сознательный гражданин присоединился к сборам на снаряжение, коптеры и технику. За три года большой войны волонтерское движение изменилось: в нем остались самые стойкие. С какими вызовами они сталкиваются и какие изменения замечают – в материале Анастасии Рокитной для РБК-Украина.
"У меня постоянно возникает желание помогать. Особенно тем, от кого зависит судьба глобально. Я всегда чувствовала желание поддержать тех, кто оказался в беде", - говорит николаевский волонтер Елена Бондаренко, которая сегодня выбрала службу военным капелланом.
Ее слова наиболее точно описывают главную мотивацию людей становиться в ряды неравнодушных. Опрошенные нами волонтеры говорили одно и то же относительно своих целей: они готовы на долгосрочную перспективу "службы" обществу. Впрочем, вызовы, с которыми сталкиваются, пошатывают их уверенность.
"Иногда кажется, что пытаешься разбить какую-то стену"
"Ты делаешь все возможное, тратишь свои силы, время, деньги, а потом сталкиваешься с глухой стеной равнодушия. Это истощает даже больше, чем физическая работа", – говорит волонтер "Катран". Она волонтерит с 2014 года, но признается, что наибольшая демотивация наступила в 2023-м. "Люди привыкли к войне. Уже не реагируют так, как в начале. Запросы есть, а отклика – все меньше", – добавляет она.
Равнодушие общества стало одной из главных причин эмоционального выгорания волонтеров. Ранее общество массово откликалось на сборы, поддерживало армию и гражданских в горячих точках. Теперь же, как отмечают волонтеры, активность значительно упала.
"Разочарование военных во мне, в людях, в тылу – это то, что больше всего болит", – говорит волонтер Валерия, которая начала с помощи гуманитарным хабам, а затем открыла собственные сборы для армии. Военные, по ее словам, уже не всегда верят в поддержку, что демотивирует самих волонтеров.
Дмитрий "Дронго", военный, который также занимается сбором средств, считает равнодушие еще более разрушительным, чем усталость: "Это выгорание вызвано не усталостью от деятельности, а равнодушием людей, которое увеличивается каждый день". Он рассказывает, что иногда в своих постах прямо обращается к аудитории, пытаясь пробить этот информационный барьер: "Вместо Буковеля – задонать на авто". Но не всегда это работает.
Волонтеры признают, что вынуждены придумывать нестандартные способы привлечения средств, чтобы удержать внимание аудитории. "Становишься будто цирковой обезьянкой: розыгрыши, уникальные лоты, фото военных с передовой – только бы люди сделали донат", – говорит Маргарита Ривчаченко, которая использует свою медийную узнаваемость для сборов. "Я понимаю, что людям тоже трудно, но иногда хочется просто закричать: война не закончилась!" – добавляет она.
Елена Бондаренко, волонтер из Николаева, которая после длительного волонтерства пошла на службу капелланом, считает, что равнодушие имеет еще одну причину – люди истощились психологически: "Самое страшное, когда ты видишь, что люди хотят помочь, но не могут. Они или устали, или не имеют возможности, или не видят смысла".
Общение с единомышленниками и поддержка волонтерского сообщества стали ключевыми факторами, которые помогают не сойти с дистанции. "Если бы не наши побратимы, я бы давно опустила руки", – говорит Анастасия Чубенко, волонтер "Ватры".
Она отмечает, что психологическая помощь должна стать важной частью поддержки волонтеров, ведь выгорание грозит истощением самых эффективных и опытных активистов. "Мы работаем в режиме нон-стоп уже три года. Но в какой-то момент сил просто может не остаться", – заключает она.
Мошенники-волонтеры: как они подрывают доверие общества
Одним из ключевых факторов, влияющих на снижение активности доноров, является рост количества мошеннических инициатив. Волонтеры и благотворительные фонды, которые прозрачно работают уже не первый год, испытывают негативное влияние подобных схем.
Александра Гайворонская, директор департамента развития и партнерств фонда "Повернись живим", в комментарии РБК-Украина отмечает: "Мы не проводили исследований по влиянию мошенников, но эхо этих историй заметно в комментариях в соцсетях. Люди обобщают деятельность всех благотворительных организаций и волонтеров, из-за чего уменьшается уровень доверия".
Растущее недоверие заставляет донаторов относиться осторожнее к любым сборам, считает и волонтер "Катран": "Люди боятся, что их деньги могут пойти не на военные нужды, а в карман мошенникам. Из-за этого страдают все честные инициативы". Соответственно, для убеждения доноров в прозрачности приходится прилагать значительно больше усилий.
Фонд "Повернись живим" пытается бороться с этой проблемой через открытую финансовую отчетность, демонстрирующую использование средств. Впрочем, эта проблема остается актуальной для всего сектора благотворительности в Украине.
Однако, кроме потери доверия, мошенничество создает еще одну серьезную проблему – усиление бюрократического контроля.
Из-за деятельности мошенников честные волонтеры вынуждены прилагать больше усилий для документального подтверждения своей деятельности. Дмитрий "Дронго" объясняет: "Даже когда человек хочет собрать средства для банального авто, на него обрушивается масса требований: акты передачи, договоры, отчеты. Это не просто усложняет процесс, но и отбирает время, которое можно было бы потратить на реальную помощь".
Николаевский волонтер Елена Бондаренко также отмечает, что бюрократия становится дополнительной нагрузкой для волонтеров: "Мне важно, чтобы процесс подачи отчетности был упрощенным, ведь военным нужна помощь сейчас, а не после подписания десятков документов".
Должны ли волонтеры получать зарплату?
А как насчет финансового обеспечения самих волонтеров? Этот вопрос среди украинцев противоречивый. Но, учитывая физические и эмоциональные нагрузки на представителей фондов, его невозможно избежать. Некоторые активисты убеждены, что полноценная поддержка волонтерской деятельности возможна только при условии, что она станет официальной профессией с соответствующей зарплатой.
Александра Гайворонская объясняет: "Фонд "Повернись живим" не берет на свою административную деятельность ни копейки из донейтов на армию – эти деньги привлекают параллельно: "Но в 2024 году мы потеряли поддержку одного из крупнейших доноров на "админку", потому что компания, которая нас финансировала, столкнулась с финансовыми трудностями".
Волонтер Маргарита Ривчаченко отмечает, что некоторые активисты вынуждены работать без всякой материальной поддержки, тратя собственные средства: "Я бы с радостью покрывала часть сборов самостоятельно, если бы имела стабильный доход". Александр, волонтер из Ирпеня, также подчеркивает, что ему приходилось использовать личные сбережения для закупки горючего и расходных материалов.
В дискуссии о зарплатах для волонтеров до сих пор нет ответа. Одни считают, что это повысит эффективность и стабильность волонтерской деятельности, другие же убеждены, что это может привести к злоупотреблениям. Впрочем, волонтеры соглашаются, что поддержка в виде государственного финансирования или налоговых льгот могла бы значительно облегчить их работу.
Шаги государства
В прошлом году Министерство социальной политики Украины начало разработку Государственной программы развития волонтерской деятельности на период до 2030 года.
Программа создается в сотрудничестве с общественными организациями, Национальной социальной сервисной службой и экспертами. Этот план, в частности, предусматривает упрощение правовых процедур для волонтеров.
По словам представителей министерства, программа также направлена на расширение сфер, в которых могут работать волонтеры, и повышение их мотивации через признание их вклада.
Также в министерстве идут дискуссии о введении страхования для волонтеров, которые работают в опасных условиях, например, в прифронтовых зонах. Рассматривается вопрос предоставления налоговых льгот для волонтеров и их организаций, а также механизмы привлечения молодежи к волонтерству через образовательные программы и другие стимулы.
Эти шаги демонстрируют постепенное осознание со стороны государства важности волонтерской деятельности и ее значения для украинского общества. Впрочем, они являются лишь планом, который пока не решает главные вызовы.
***
Волонтерство в Украине имеет мощный потенциал, и его развитие может стать ключевым элементом устойчивости общества в условиях войны. Елена Бондаренко, которая после волонтерства выбрала службу в ВСУ, считает, что важно "поднять институт волонтерства на высшую ступень, чтобы труд волонтеров признавался необходимым и важным".
Маргарита Ривчаченко добавляет, что привлечение новых людей к волонтерству чрезвычайно важно, особенно с учетом того, что многие волонтеры переходят в ряды ВСУ.