Нападение РФ на Украину спровоцировало самый масштабный миграционный кризис, с которым со времен Второй мировой не сталкивалась ни Украина, ни Европа. За это время границы Украины и Европы пересекли миллионы, и для многих из них путь эвакуации "на несколько недель" стал началом жизни "с нуля" за тысячи километров от дома. Как Европа принимает беженцев из Украины, как менялись политики стран ЕС в отношении украинцев и чего ждать дальше – в материале РБК-Украина. Читайте также: Не "дешевая рабочая сила": вся правда о работе и зарплатах украинцев в Польше
Главное:
Уже в первые дни вторжения РФ некоторые пограничные пункты с соседними странами начали напоминать гуманитарные хабы. Плакат с надписью на украинском языке "Тут ви в безпеці" – едва ли не первое, что видели украинцы при въезде на пограничную станцию в польском Перемышле.
На границах Украины и ЕС разворачивали палатки правительства, волонтерские организации, просто неравнодушные люди. Украинцам предлагали жилье, еду, и просто приют – там, где не летают ракеты.
Большую роль в помощи беженцам сыграла украинская железная дорога. Курсировали бесплатные эвакуационные рейсы на восток, вывозили людей на запад и из Киева и других городов. По данным руководства "УЗ", за первые три недели вторжения сеть перевезла около 2,5 миллионов пассажиров.
Еще в 2001 году в ЕС приняли Директиву, которая позволила предоставлять немедленную временную защиту в исключительных обстоятельствах. Но впервые ее применили только через 21 год, с началом полномасштабной войны РФ против Украины в 2022-м.
Украинцам фактически дали "зеленый свет" на полноценную жизнь в Европе: можно легально находиться в ЕС, свободно искать работу, получать медицинскую помощь наравне с местными жителями, а детям можно учиться в местных школах. Все страны Евросоюза взяли это правило за основу того, как помогать беженцам из Украины.
И без директивы, фактически так же поступили и в государствах, которые не входят в Европейский Союз: украинцев начали принимать и в Швейцарии, Лихтенштейне, Норвегии. Собственные, не похожие на другие программы приема украинцев, развернула Великобритания.
Одновременно с этим, страны начали внедрять для украинцев выплаты, различные возможности: от языковых курсов до грантов на обучение. Впрочем, на пятом году полномасштабного вторжения ряд стран уже эти "бонусы" отменили.
Но война продолжается, и временную защиту для беженцев в ЕС регулярно продлевают. В прошлом году ее продлили до 2027 года.
Масштабы выездов за эти годы войны – огромные. В январе этого года в Евростате сообщили, что временной защитой в Европейском Союзе пользовались 4,35 млн человек из Украины (по состоянию на ноябрь 2025-го).
Эти цифры касаются только ЕС: хотя там украинцев сейчас больше всего, они разъехались и по другим странам. Почти 200 тысяч выехали по специальной программе в США, почти четверть миллиона приняла Канада. По данным Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (UNHCR), в мире зафиксировано до 7 миллионов беженцев из Украины.
По оценкам нашего правительства, из Украины выехало около 7,5 миллионов человек. Это больше, чем население всей Дании, или как три Молдовы. Демографы называют еще большие потери. Потому что учитывают не только мигрантов, а и тех, кто из-за войны погиб, оказался в оккупации. И тех, кто из-за войны просто не родится.
"Когда я пытаюсь оценить потери Украины в результате войны, у меня получается страшная цифра – 10 миллионов человек. Это и есть "демографическая пропасть". Я сюда вкладываю не все необратимые потери, но и количество тех, кто эмигрировал. Может ли быть иначе? Вероятно, может. Но я пока других вариантов не вижу", – рассказывает в интервью РБК-Украина директор Института демографии и социальных исследований Элла Либанова.
Из-за выездов людей в Украине и дефицит кадров, и меньше покупателей в магазинах, меньше посетителей ресторанов и кафе, которые развивали экономику. А рождаемость упала так сильно, что в прошлом году даже в Киеве не было очередей в детские сады.
Большинство тех, кто остается в ЕС, – мамы с детьми и женщины среднего возраста: три четверти всех украинцев под защитой, говорят в Europa eu. Каждый второй беженец – несовершеннолетний ребенок, а мужчины – лишь каждый четвертый.
Сейчас топ 3 страны ЕС, где украинцев под временной защитой больше всего, выглядит так:
Далее следует Испания, там украинцев 255 180, на пятом месте – Румыния (201 865 беженцев).
В конце 2025 года количество украинцев под защитой в Европе продолжало расти, хотя и медленно. Только за декабрь в ЕС зарегистрировалось еще почти 25 тысяч украинцев. Этот прирост почувствовал почти весь Евросоюз: количество украинцев увеличилось в 22 странах из 26. Больше всего приезжали в ту же Германию (+9 620), Испанию (+2 235) и в Румынию (+2 160). Уменьшилось беженцев во Франции (-1 250) и Эстонии (-470).
Сейчас из Украины выезжают значительно реже, чем в 2022-м. А заметная часть беженцев уже вернулась домой.
"Я наблюдаю за своими знакомыми и вижу: кто реально хотел вернуться, тот уже вернулся. А вернулось на самом деле уже много людей", – говорит РБК-Украина доктор экономических наук Людмила Черенько.
Евростат приводит данные: в 2025 году страны ЕС выдали 683 395 новых решений о предоставлении временной защиты, что на 16,3% меньше, чем в 2024 году.
Сейчас общий тренд в странах ЕС – уменьшение размеров социальных выплат для украинцев и более жесткие условия для их получения.
Например, украинцы должны доказать, что они пытаются найти работу, учат язык, их дети посещают местные школы. То есть в целом что они пытаются интегрироваться в жизнь принимающей страны, говорит в комментарии РБК-Украина постдокторантка Киевской школы экономики Дарья Михайлишина.
"Также некоторые страны делают условия для новых беженцев жестче, чем для старых, особенно, если они уже жили в других странах, или выехали из более "безопасных" регионов Украины. Частично, эти люди воспринимаются, как экономические мигранты, которые ищут страну с более комфортным уровнем жизни, а не беженцы, бегущие от войны", – говорит она.
По ее оценкам, Германия остается, пожалуй, самой щедрой с точки зрения прямых выплат. Украинцы имели доступ к Bürgergeld (так называемой "гражданской помощи") наравне с гражданами, а не к более низким выплатам по закону о искателях убежища. Это означало бесплатное жилье, медицину, образование и денежную помощь. Также это давало возможность получать 563 евро на человека в месяц.
"Но с приходом правительства Мерца в начале 2025 года ситуация изменилась: для тех, кто прибыл после 1 апреля 2025-го, предусмотрен переход на более низкие выплаты по системе для искателей убежища. Также в конце июня 2025 года Бундестаг проголосовал за приостановление права на воссоединение семей для беженцев", – отмечает она.
К слову, за отмену Bürgergeld украинцам и за возвращение домой из Германии украинцев-мужчин призывного возраста выступают две трети немцев.
Норвегия тоже отличалась высокими выплатами для украинцев, но с 2025-го там существенно ограничили поддержку. Выплаты в 564 евро теперь начисляют только тем, кто живет в государственных общежитиях, не частном жилье. Отменен и прием в общежитиях беженцев с домашними животными, а бесплатная стоматология для молодежи до 24 лет стала доступной только после 5 лет проживания в стране.
Еще с августа 2024 года Ирландия окончательно уравняла выплаты для всех украинцев, проживающих в государственном жилье. Теперь независимо от даты приезда помощь составляет 38,80 евро в неделю вместо предыдущих 220 евро. Сокращение не касалось тех, кто арендует частное жилье или живет в семьях ирландцев.
В общем, поддержка беженцев в Европе снизилась, но не обвалилась, замечает Дарья Михайлишина.
"По данным Евробарометра (весна 2025), 80% европейцев все еще поддерживают прием беженцев из Украины. Вместе с тем, поддержка отличается от страны к стране", – отмечает собеседница и приводит следующие данные:
Самая же высокая поддержка у:
В Чехии с осени 2024-го срок бесплатного проживания сократили до трех месяцев, а для продления защиты теперь требуется нотариальное подтверждение аренды. С 2025 года выплаты составляют 200 евро для взрослых и 143 евро для детей. Если трудоспособный беженец не находит работу в течение 150 дней, помощь уменьшают до прожиточного минимума – 129 евро в месяц.
Украинцы – скорее польза, чем угроза для Чехии – так считает 31% жителей страны.
"60% респондентов считают, что украинцы получают из бюджета значительно больше, чем платят в него, хотя из официального сообщения соответствующих учреждений мы знаем, что все наоборот", – говорит аналитик STEM Иржи Таборский.
Польша идет по пути жесткой привязки социальной помощи к занятости. Единовременную выплату 300 злотых отменили еще летом 2022 года. Детские выплаты "800+" (ежемесячная помощь 800 злотых на каждого ребенка до 18 лет – ред.) сейчас привязаны к официальному трудоустройству или предпринимательской деятельности. Это результат законопроекта, подписанного 13 сентября 2025 года после того, как президент Навроцкий наложил вето на предыдущую версию, объясняет Михайлишина.
В начале января 2026-го отношение поляков к украинским беженцам ухудшилось до исторического минимума: сейчас их поддержку одобряют 48% опрошенных, а 46% выступают против.
Наиболее скептически настроены жители сел, люди с невысокими доходами и сторонники правых партий. Более половины жителей Польши поддерживают завершение войны даже ценой территориальных уступок Украины, а 63% считают такой сценарий неизбежным.
Некоторые страны Европы за время войны в Украине рассматривали программы помощи для возвращения украинских беженцев домой после войны. Выплаты на дорогу в Украину предоставляют украинцам в Швейцарии (около 500 евро), Норвегии (1500 евро).
"Швейцария действительно предлагала от 1000 до 4000 швейцарских франков (примерно 1050-4150 евро) на человека за добровольное возвращение. По данным Государственного секретариата по вопросам миграции (SEM), ежемесячно около 1000 украинцев отказываются от статуса S и возвращаются. Но столько же ежемесячно прибывает",– говорит Дарья Михайлишина.
Она сомневается, что это может стать массовой практикой.
"Во-первых, это дорого. Если представить, что Германия предложила бы даже 2000 евро на человека при 1,2 миллиона беженцев – это 2,4 миллиарда евро. Во-вторых, эффективность сомнительна. Решение о возвращении определяется не размером единовременной выплаты, а ситуацией с безопасностью, наличием жилья и работы в Украине", – считает она.
В-третьих, рекомендации Совета ЕС от сентября 2025 года делает акцент на "добровольном возвращении с поддержкой реинтеграции" – то есть на программах, включающих жилье, медицину, трудоустройство, а не просто деньги.
В Британии ситуация специфична тем, что страна не является частью ЕС и не применяла Директиву о временной защите.
Но в 2022 году там создали три специальные визовые программы: Homes for Ukraine (спонсорская программа), Ukraine Family Scheme (для воссоединения семей, закрыта для новых заявок в феврале 2024 года) и Ukraine Extension Scheme.
"Начальные трехлетние визы начали заканчиваться в марте 2025 года. Правительство Стармера ввело Ukraine Permission Extension (UPE) – продление на 18 месяцев, что дает возможность остаться до сентября 2026. В сентябре 2025-го было объявлено о возможности второго продления еще на два года. Но – и это ключевое – пути к постоянному проживанию (Indefinite Leave to Remain) через украинские визы нет. Время, проведенное в Великобритании по этим программам, не засчитывается для получения постоянного вида на жительство", – говорит Дарья Михайлишина.
С вопросом украинских беженцев в США ситуация значительно хуже, говорит она, и президентство Трампа кардинально изменило картину.
При Байдене в США создали программу Uniting for Ukraine (U4U) - гуманитарный пароль, через который 240 000 украинцев попали в США. Также более 101 000 получили Temporary Protected Status (TPS), продленный до октября 2026 года.
"С приходом Трампа в январе 2025 года программа U4U была остановлена для новых заявителей. Обработка продлений гуманитарного пароля была заморожена между февралем и июнем 2025 года, а те, кто прибыл после 16 августа 2023 года, потеряли право на TPS. Около 260 000 украинцев в США сейчас находятся в правовом лимбе (полной правовой неопределенности - ред.), у многих из них разрешения на работу и учебу заморожены, а угроза депортации реальна", – говорит постдокторантка КШЭ.
Отдельно стоит сказать об ICE (Immigration and Customs Enforcement) - иммиграционной полиции.
"При Трампе она стала инструментом массовых депортаций. Такие депортации угрожают и украинцам. Недавно, например, был задержан украинец, который не нарушал миграционного законодательства", – обращает внимание Михайлишина.
Разговоры о том, как действовать по отношению к беженцам после войны, ведутся достаточно давно. 16 сентября 2025 года Совет ЕС принял рекомендацию по "переходу от временной защиты". Это первый официальный документ, который признает: временная защита не может длиться вечно, нужен план.
"Что предусматривает этот план? Два пути. Первый - переход на национальные разрешения на проживание (рабочие, учебные, семейные визы, Blue Card для квалифицированных работников и т.д.). Второй – добровольное возвращение. Единого общеевропейского статуса для украинцев после окончания временной защиты не предусмотрено", – описывает новацию Дарья Михайлишина.
Каждая страна будет принимать решение самостоятельно. По словам эксперта, это создает риск "фрагментации" – разные правила в разных странах, а это может спровоцировать переезды из менее выгодных стран в более выгодные. Вместе с тем до марта 2027 года для украинцев вряд ли что-то кардинально не изменится: до этого еще будет длиться статус временной защиты.
Скорее всего, существенной части беженцев в ЕС предложат остаться. По крайней мере тем, кто имеет работу и работает легально - такие мысли звучат и у нас, и в Европе. Аргументируют это тем, что украинцы нужны самой Европе: из Польши кадры едут в Британию, а из Чехии – в какие-то другие страны, а тем временем все эти пробелы на рынке труда надо закрывать.
Да и в Германии, где население довольно заметно стареет, украинцев часто рассматривают как демографический потенциал и налогоплательщиков. Кстати, в Германии каждый второй украинский беженец нашел работу и работает, а это противоречит тезису, что там якобы "большинство сидят на выплатах". Похожая ситуация и в других странах: украинцы интегрируются, ходят на курсы, ищут работу, а их дети уже который год ходят в местные школы, где все обучение ведется на местном языке.
Среди взрослых украинских беженцев 70-80% имеют высшее образование, большинство из них уже нашли работу и имеют положительный эффект на экономику стран ЕС.
В Польше иногда говорят, мол, что на украинцев страна только и тратит много денег, а сами беженцы ничего не приносят.
На самом же деле с начала полномасштабного вторжения РФ вклад украинцев в ВВП Польши составил 328,6 млрд злотых, а размер польской помощи Украине и беженцам составил 40,3 млрд злотых. Получается, Польша получила в 8 раз больше, чем потратила на всю помощь Украине. А уровень занятости среди украинцев в Польше составляет 75-85%, что превышает показатель даже среди самих поляков.
С экономической точки для Европы было бы полезно, чтобы украинцы остались там, считает Михайлишина. Вместе с тем, в Европе приобретают популярность ультраправые партии, которые в целом против миграции, поэтому они в основном не поддерживают и украинских беженцев, несмотря на их экономические преимущества.
"Наиболее заинтересованной в возвращении беженцев является Украина, так как для нас потеря большой части трудоспособного и образованного населения является большой проблемой для экономики и демографии", – говорит она.
С выездом беженцев Украина теряет значительный потенциал: 70% женщин, покинувших страну, имеют высшее образование, говорит Элла Либанова.
В наиболее критический период весной 2022 года выезжали преимущественно жительницы Киева и Харькова с высоким уровнем квалификации. В целом до 90% тех, кто сбежал от войны, – это жители городов.
С другой стороны, именно на этих людей она и возлагает наибольшие надежды: по мнению демографа, как раз образованные квалифицированные кадры скорее вернутся в Украину. Потому что у них есть требования к своей среде общения, к своему статусу.
"Никто не может сказать, кто вернется. Но общение с мигрантами дает мне основания думать, что они вернутся. Есть те, кто ехал, чтобы заработать денег. А военные мигранты – это совсем другое дело. Они ехали, чтобы спасти своих детей. И когда они почувствуют безопасность в Украине, когда они почувствуют свою востребованность на рынке труда, и если они ее почувствуют, то они вернутся", – отмечает она.