Дарио Срна раскритиковал футбольных чиновников ФИФА: "Я бы пригласил их в Украину"

"В 2014 году нам пришлось покинуть Донецк, наш дом, наш стадион, наш спортивный город. Мы переехали в Киев, и, когда мы адаптировались, началась другая война. Трудно объяснить нашу жизнь с тех пор до сегодняшнего дня", - рассказал Срна.

Потеря домашнего стадиона "Донбасс Арена" была крайне болезненной для футбольного клуба, но теперь оказалось, что это только один из множества ударов для "Шахтера.

"Нам приходится менять отели, тренеров. Мы тренируемся с сиренами, мы путешествуем с сиренами... Такова наша жизнь сегодня, и мы должны принять ее. Мы должны быть примером, так же как армия является примером для нас. Мы играем для наших болельщиков и для Украины", - добавляет он.

В то же время Дарио Срна резко критикует футбольных чиновников ФИФА.

"УЕФА через Чеферина сделал все возможное, чтобы помочь нам и украинскому футболу. ФИФА, с другой стороны, уничтожили нас. Они не защитили нас ни на одном этапе. Если бы в нашей ситуации оказались "Реал Мадрид", "Севилья", "Барселона" или "Бавария", я уверен, они бы быстро помогли им. Мы тоже команда, и мы многое дали европейскому футболу за последние 20 лет. Я бы хотел, чтобы кто-то из ФИФА приехал в Украину и жил с нами и другими командами и почувствовал, каково это - жить под вой сирен и бомбы", - отметил Срна.

После двух туров группового этапа Лиги чемпионов, "Шахтер" набрал четыре очка и располагается на второй строке в турнирной таблице. Испанские журналисты признают, что после вынужденного перерыва, вызванного войной, клуб вернулся в хорошем состоянии. Дарио Срна считает, что в этом сыграло отношение к команде президента клуба Рината Ахметова.

"У нас есть образцовый президент. У него был свой бизнес в Донецке, а затем он подвергся нападению в Мариуполе. Он потерял больше, чем кто-либо другой, от 10 до 15 миллиардов... но "Шахтер" - это его жизнь. Он вовремя платит зарплату, каждый день звонит нам, чтобы узнать, как дела у команды... Я горжусь тем, что работаю с ним уже 25 лет", - добавил он.