Тест для таможни. Помогут ли санкции СНБО в борьбе с контрабандой

Почти две недели назад СНБО утвердил, а президент своим указом ввел санкции против десяти граждан и около сотни компаний, связанных с контрабандой. Бизнес встретил эту новость без лишнего энтузиазма, памятуя о предыдущих тщетных попытках навести порядок на таможне. Контрабандисты же взяли паузу и пока не спешат с оформлением грузов по "серым" схемам, что сказывается на снижении платежей в госбюджет.

Затаиться на время – обычная реакция на кампанию власти по борьбе с контрабандой. Необычно же в этой истории то, что первые лица страны, пожалуй, впервые пофамильно назвали топ-контрабандистов, да еще и "заморозили" их активы на три года, используя закон о санкциях. И это при том, что ограничения такого рода вводятся против лиц, причастных к поддержке терроризма, в том числе и его финансированию.

Как писало РБК-Украина, подробности и факты преступлений, на основании которых ввели санкции, все еще неизвестны. Равно как до последнего времени ничего не сообщалось об уголовных делах в отношении лиц, попавших под заморозку активов. Лишь во вторник, 13 апреля, СБУ заявило, что по всем фигурантам санкционного списка ведутся расследования, пообещав позже раскрыть детали.

Владимир Зеленский, назвав контрабанду "экономическим терроризмом", заверил, что это пока первая десятка, против кого вводят санкции, но не последняя. На прошлой неделе издание "Зеркало недели" сообщило о планируемой на пятницу, 9 апреля, второй серии санкций против контрабандистов, но в итоге СНБО не собралось.

Источники РБК-Украина в правительстве не смогли ни подтвердить, ни опровергнуть, что санкции СНБО, "анонсируемые" в СМИ, будут касаться именно очередного списка контрабандистов. Собеседники в силовых структурах уточнили, что вопрос контрабанды снова вынесут на СНБО, но пока все проекты "очень сырые".

Передел рынка или передышка перед боем

И пока тема санкций не получила продолжения, у бизнеса возникает все больше вопросов по мотивам последнего решения. Как, к примеру, о критериях, на основании которых "отбирали" в список, а также почему в нем нет других влиятельных лиц, связанных с контрабандными схемами. Отсутствие ответов дает повод для версий и домыслов о возможном перераспределении потоков между крупными "игроками".

"В этой десятке половина – откровенные "середнячки". И в ней нет тех, кто легко подхватит объемы импортной турецкой одежды, которой занимался тот же Вадим Альперин. Грубо говоря, контейнер с вещами официально стоит растаможить 30 тысяч. А через контрабандистов – за 9, но в бюджет реально попадает только 5. Если конкуренции не будет, не вырастет ли тариф до 12?" - говорит РБК-Украина крупный бизнесмен, пожелавший не упоминать его имя в публикации.

Сами по себе санкции не будут иметь прямого влияния на снижение объемов контрабанды. Поскольку зачастую бенефициары контрабандных схем официально не являются владельцами фирм, которые оказывают "услуги" по минимизации платежей (НДС, пошлины, акцизы) через, например, перекодировку товаров и занижение таможенной стоимости.

"В многочисленных компаниях сидят "фунты". Потому юридически от санкций ни холодно, ни жарко. Тут вопрос в моральной плоскости. Побоятся ли исполнители – таможенники, пограничники, СБУ пропускать грузы, которые они точно знают, кому принадлежат де-факто. Или не побоятся, так как юридически это не условного Альперина, а Петренко Василия Васильевича. Пока боятся, затаились", – поясняет собеседник из бизнес-среды.

Владимир Зеленский (Фото: Виталий Носач, РБК-Украина)

Глава Гостаможни Павел Рябикин в одном из последних интервью пояснил, что попавших под санкции юридических лиц уже лишили лицензии на осуществление брокерской деятельности. Кроме того, рассматривается вопрос о прекращении деятельности таможенных складов.

По информации РБК-Украина, как минимум в первую неделю после введения санкций в отдельных регионах темпы растаможки грузов действительно упали. Из-за чего в апреле Гастаможня может сорвать план сборов в казну, установленный Минфином. Источник издания в министерстве отметил, что пока рано говорить о том, будет ли недобор в бюджет, указав, что нужно дождаться конца месяца.

Глава комитета Рады по вопросам финансовой, налоговой и таможенной политики Даниил Гетманцев (фракция "Слуга народа") в разговоре с РБК-Украина отметил, что такой риск есть. Но это, убежден депутат, не значит, что с контрабандой не нужно бороться. "Если борьба будет успешной, мы сторицей все возместим в будущем", - сказал он.

Крупный же бизнес не испытывает особого оптимизма в свете последних событий. Исполнительный директор Европейской бизнес ассоциации (ЕБА) Анна Деревянко говорит, что их компании пока не чувствуют позитивных изменений на таможне после введения санкций. Но, возможно, прошло слишком мало времени, чтобы ощутить эффект, уточнила она.

"Насколько мы слышим из южных регионов, те компании, против которых были санкции, организовали новые юридические лица, с новыми счетами. И точно так же продолжают осуществлять свою деятельность, как они делали до этого – просто перевели "клиентов" на новые юрлица", – рассказала Деревянко.

"Сдержанный оптимизм" бизнеса вполне понятен, говорит глава секретариата Совета предпринимателей при Кабмине Андрей Забловский. За много лет безуспешных попыток навести порядок на таможне, по словам собеседника, собралось слишком много негативных кейсов, как не нужно делать.

"Индекс доверия бизнеса к любым действиям, не только на таможне, очень низкий. Сколько уже было спецопераций и акций "Стоп контрабанда", и чем они закончились? Это были очень ситуативные победы, которые не имели продолжения. Все это не было точкой невозврата. Коррупционной гидре голову вроде как и рубили, но у нее вырастала еще одна, а то и две", – признает Забловский.

Круговая порука

Санкции нужно рассматривать как политико-экономическую меру, говорит Даниил Гетманцев. По его мнению, это четкий сигнал, прежде всего правоохранительной системе, что власть не приемлет контрабанду и не будет с ней мириться. Но, в любом случае, само по себе решение СНБО – не выход из ситуации в плане борьбы с контрабандой, соглашается депутат.

"За решением СНБО должны последовать четкие действия правоохранительных органов, направленные на противодействия нарушению законодательства, как теми, кто указан в решении СНБО, так и теми, кто пока там не указан, а также теми, кто вообще не будет указан в решении СНБО. Решение СНБО – это точка невозврата, точка отсчета, за которой мы должны реализовать все меры, направленные на противодействие системной контрабанде", - сказал РБК-Украина Гетманцев.

Даниил Гетманцев (Фото: Виталий Носач, РБК-Украина)

После блокировки активов контрабандистов нужны обвинительные приговоры и конфискация их имущества, добавляет глава подкомитета по вопросам таможенного дела в прошлом созыве Рады Татьяна Острикова. И параллельно, полагает она, необходимы уголовные производства в отношении должностных лиц Гостаможни, СБУ и Нацполиции. Без них, по словам собеседницы, невозможны системные "серые" схемы с грузами и контрабандные кланы как такие.

"Пока же однобокое применение санкций и отсутствие информации об уголовных производствах, в частности относительно тех должностных лиц, которые это "крышевали", дает основания бизнесу говорить о переделе и зачистке контрабандных потоков от тех, кто работал при прошлых президентах и власти, и расчистке этой дорожки тем, кто сегодня финансирует партию власти", - рассуждает Острикова.

Едва ли борьба с контрабандой возможна без системных изменений и в самой Гостаможне. Даже некоторые из попавших под санкции СНБО лица ранее работали в системе таможенного ведомства. А экс-глава таможни Максим Нефьодов два года назад, перечисляя крупнейших контрабандистов, упомянул о Денисе Аминеве, экс-сотруднике Одесской таможни, которого задерживали за подозрение в контрабанде еще в 2018 году. Теперь же в бизнес-кругах Аминева называют потенциальным выгодополучателем санкций против Вадима Альперина, которого Зеленский два года назад называл "крестным отцом контрабанды".

Кадровых чисток на таможне в любом случае не избежать, уверен Даниил Гетманцев. Нардеп напомнил, что примерно в одно время с санкциями руководство Гостаможни отстранило от работы свыше полутора сотни сотрудников, в том числе и руководителей в регионах. "По ним сейчас продолжаются проверки. Думаю, это не конец и еще будут отстранения. Мы дали понять таможенникам, что так как было, уже не получится", - говорит он.

Но массовое отстранение на Гостаможне, как обратила внимание Татьяна Острикова, прошло в рамках дисциплинарных производств закона о госслужбе. И кроме того, что им ничего не помешает обжаловать решение в суде и восстановиться на службу, как это часто бывало ранее, подозреваемых в коррупции таможенников не смогут привлечь к уголовной ответственности. "Никого нельзя дважды привлечь к ответственности за одно и то же деяние", – отметила она.

Вместе с тем, по мнению Гетманцева, нужно отдавать отчет в том, что без повышения зарплат на таможне бороться с контрабандой будет сложно. "Содержание таможенников, их зарплаты необходимо повысить. Мы не имеем права требовать от таможенника честно выполнять свои обязанности, если он получает зарплату в размере 7 тысяч гривен. Это нонсенс", - сказал глава комитета.

Технологии и человеческий фактор

У Гостаможни на данный момент достаточно полномочий, чтобы противостоять контрабанде, уверен Гетманцев. Тогда, как по словам Остриковой, у службы есть проблема с автономией, в том числе и по кадровым вопросам. К примеру, глава Гостаможни не может назначить руководителей региональных таможен, пока кандидатуру не одобрит министр финансов. И зачастую это не происходит быстро то ли по причине неподходящих кандидатур, то ли в силу других обстоятельств.

Не менее важный вопрос, на который обращают внимание эксперты – техническое оснащение таможенных постов. Андрей Забловский уверен, что все процессы, связанные с растаможкой, необходимо обезличить. "Технологии убирают субъективный человеческий фактор. Сегодня уже есть решения, которые позволяют это сделать, не нужно ничего самим выдумывать", - говорит собеседник.

Глава Гостаможни Павел Рябикин (Фото: Виталий Носач, РБК-Украина)

Кроме того, по мнению Остриковой, пункты пропуска должны быть оборудованы работающими сканерами, весами, электронными замками для опломбирования контейнеров и т.д. "Чтобы таможня нормально работала, им недостаточно калькулятора и ручки. Необходимо позаботиться об автоматизации и обеспечении пунктов пропуска средствами технического контроля. Но на это нужно потратить деньги", – отметила она.

Вдобавок, как считает эксперт, требуются изменения на уровне парламента, чтобы упростить жизнь законопослушному бизнесу через введение системы постаудитконтроля. Это позволит избежать затягивания с растаможкой грузов, в том числе, из-за препятствий со стороны самих таможенников.

Еще один инструмент, который, по мнению Остриковой, стоит взять на вооружение - институт таможенных атташе при дипмиссиях у ключевых торговых партнеров и соседних с Украиной странах ЕС. Такие подразделения ускорят обмен таможенной информацией между таможенными органами, исключив манипуляции со стоимостью, кодами и объемом импортируемых товаров.

Но даже при наличии усилий власти по борьбе с контрабандой, она будет востребована до тех пор, пока ее можно будет легко и без рисков продавать, говорит бизнесмен, имеющий производство в Украине.

"Есть целые сети магазинов, которые пользуются услугами "доставщиков" по "серым" схемам. И пока нет обязательства выдавать фискальный чек, в центре Киева и дальше так будут продавать шубы, ювелирные изделия, телефоны и т.д. Нефискальные чеки тех же ФОПов налоговая никогда не отследит", – констатирует собеседник.

***

Президент, как и весь состав СНБО, получили и порцию критики за решение по санкциям из-за сомнений в их юридическом обосновании, и не меньше одобрения за резкий тон в отношении контрабандистов. Но, решив сыграть по-крупному, руководство страны поставило себя в положение, когда снижение давления на "теневиков" будет воспринято бизнесом или как попытка договориться, или как перераспределение финансовых потоков, или что еще хуже – капитуляцию перед "королями контрабанды" и прочими "серыми кардиналами" на таможне.